матч завершен
-
-

01 июня

Ольга Постникова: «На следующий день после финала Лиги Белова 2015 я проснулась без голоса»

Легендарный менеджер – о легендарной команде!

Ольга Постникова многим известна как сотрудник АСБ, работавший в Ассоциации с 2016-го по 2018-й год. Но как минимум не меньше людей знают Олю еще и (а, возможно, и прежде всего) как менеджера сборной МГУ 2014-2016. И она точно знает про эту легендарную команду много интересных вещей!

Символично, что мы созвонились с Олей именно 23 мая – в пятилетний юбилей золотого для МГУ финала первой в истории Лиги Белова.

– Я отлично помню этот день. У нас тогда еще День физика был, с утра я ходила на физфак, получала награду за турнир по стритболу, и потом вернулась в ГЗ (главное здание МГУ – прим. АСБ), скинула все вещи и пошла в Шуваловский корпус. Мы же были там как соорганизаторы. Все основное готовили к финалу, но начиная с бронзового матча парней я уже была в зале.

– Помню твои «сторис» в час ночи…

– Тогда еще «сторис» не было, в ленте даже! (смеется) Да, это была ночь перед полуфиналом, и мы тогда брендировали зал, клеили наклейку на центральный круг – я, Виталик Мясоедов и Андрей Викторович Павленко. Дошло до того, что, когда мы вышли из Шуваловского, все ворота были уже закрыты, и мы перелезали через забор, чтобы не возвращаться и не искать охранника, настолько это было поздно. И потом я еще ночью плакаты рисовала в общаге, встречала рассвет у себя в комнате, и часов в 11 утра уже надо было быть в зале. Но это было чудесное время, навсегда в моем сердечке. Еще навсегда запомню рассвет после победы, где-то в районе Митино, и такое яркое-яркое солнце! А в воскресенье утром я вернулась домой, в понедельник был экзамен, а я не готовилась, сама понимаешь. Проснулась часа в 4 дня, пару часов отвечала на все поздравления, а потом решила понять, по какому предмету у меня вообще экзамен. (смеется) Сдала, кстати, на пятерку.

– А как вообще началось твое участие в жизни команды?

– Началось все с того, что у МГУ был проект – «Большой спорт студентам МГУ», и они начали сотрудничать с ЦСКА, искали того, кто будет общаться с офисом, забирать билеты и т. д. А я тогда часто ходила на матчи, мне было интересно, и я написала. А потом Геворг, с которым я как раз списалась, говорит мне, мол, раз тебе нравится баскетбол, то может быть тебе будет интересно… Есть такой Сурен Арменович, которому нужна помощь на туре мужской сборной. А я на тот момент как раз уволилась со стажировки в банке и подумала, что почему бы и нет. И тогда я пришла в ту легендарную голубую комнату в МГУ. (смеется) Смысл в том, что на тот момент МГУ играл и в МСБЛ, и в дивизионе «Топ 10», и в выходные туры наложились подряд: в пятницу был МСБЛ против БГАУ, а в выходные четыре команды из «Топ 10», и надо было помочь с организацией.

Я тогда не очень понимала фронт работ, меня в специфику не погружали, но я отвечала за проживание и логистику, надо было встретить команду в аэропорту и отвезти в ГЗ, где они тогда жили. Забавно, кстати, что я встречала Уфу, и за БГАУ тогда играл Леша Сорокин, сейчас он в Самаре. И вот прошло больше пяти лет, а мы до сих пор общаемся, останавливаемся друг у друга, когда приезжаем, а все потому, что я пять лет назад команду встречала.

Ну и по итогам тура, так как я была погружена в баскетбольную специфику, я закрыла те точки, которые от меня не ждали. Я те три дня практически жила в Шуваловском. И Сурен Арменович спросил, не хочу ли я и дальше работать с командой. На что я ответила, что хотела бы продолжить при условии возможности поездок с командой на выезды. В тот момент меня не особо интересовал финансовый вопрос из-за повышенной стипендии по спорту, я хотела путешествовать. Сурен Арменович сказал «oк», и так я стала менеджером. И уже спустя две недели я полетела в Уфу на МСБЛ. У меня не было какого-то договора, в котором были бы прописаны все мои обязанности, я просто закрывала все – столик, врачи, команды гостей, взаимодействие со всеми лигами, заявки, билеты… Плюс я сама для себя решила, что раз команда-то, оказывается, крутая, а никто и не знает, то надо вести соцсети. Еще я решила фоткать, у меня был какой-то фотик неплохой, а материала порой не хватало. Плюс еще писала знакомым, приглашала на игры, чтобы были болельщики. Но я с любовью вспоминаю это время!

– Расскажи, как ты прогуливала тренировки женской сборной МГУ ради игр мужской…

– Боже, я так боялась кары Ольги Сергеевны (Сияниной – бывшего главного тренера женской сборной МГУ – прим. АСБ), у меня до сих пор мурашки по коже. (смеется) Ладно тренировки, я пару раз игры пропускала!

Я, конечно, пыталась подбирать так, что сразу после игр в аэропорт или на вокзал, но не всегда получалось. Но я очень хотела путешествовать. И за все время работы я не ездила с командой, наверное, всего трижды. Первый раз, когда проработала лишь неделю, и потом по МСБЛ там были определенные ограничения.

– Как у тебя сложились отношения с игроками?

– Да хорошо, кстати, даже с Оганесом (Мартиросяном – прим. АСБ) вот недавно переписывалась. Оган же человек компанейский, на все мои активности реагировал положительно, был таким помощником. Он же любит медиапространство, и когда я решила в Волгограде, что нам нужен тревел-блог, он очень помогал.

А вообще сначала команда приняла меня настороженно. До сих пор у одного из своих лучших друзей после МГУ, Леши Дементьева, я в телефоне записана как «Оля помощница Сурена Арменовича». (смеется) Но мы тогда играли в четырех лигах одновременно, часто было миксование состава, вопросы, кто где играет, в какой форме, и я игрокам sms-ки отсылала по вечерам. И за счет того, что я ездила на выезды, там образовалась связь, которая жива до сих пор.

Сначала они не понимали моего функционала, ведь для игроков менеджер делает много фоновой работы, которая не заметна. Ведь их дело – играть, а мое – стрессовать. А потом они постепенно начали понимать, что это большая работа, помогали мне, легко соглашались на какие-то активности, мы были как будто на одной волне. Наверное, все как-то сложилось начиная с Калининграда, куда мы летали на «Топ 10», погуляли тогда по городу, пообщались.

С Лешей Дементьевым до сих пор общаемся. Не скажу, что прямо постоянно, но я когда вышла на новую работу, оказалось, что мы работаем в десяти минутах друг от друга. И мы случайно встретились у метро, потом пошли вместе пообедать и очень круто пообщались. Это тот случай, когда я могу долго с человеком не общаться, но потом все равно очень комфортно, мы глубоко поговорили, обсудили планы на жизнь…

Илья Саратцев – это моя любовь! Так и напиши, он об этом знает. Я Илью обожаю! Он был вторым человеком в команде, с которым я познакомилась. Первым был Денис Волконский, он преподавал физкультуру на физфаке и был тренером факультета, на игры приходил. А с Ильей мы познакомились, когда была тренировка БГАУ, и мне Сурен Арменович говорит, мол, сходи, посмотри там, что они делают. (смеется) И мы с Ильей пошли в каморку в Шуваловском, там стояли, общались. И когда мы видимся лично, у меня прямо тяга поболтать с ним, обо всем!

– А с тренерским штабом как складывались отношения?

– С Суреном Арменовичем хорошие отношения сложились как-то сразу и сохранились до сих пор. Когда мы видимся, то достаточно много общаемся, он мне что-то рассказывает про жизнь в МГУ. Я была его правой рукой по части команды, и он быстро понял, что на меня можно положиться. А Андрей Викторович достаточно эмоциональный и требовательный, и когда ему что-то было нужно, мы могли созваниваться по полчаса, что-то обсуждать… И я убеждена, что когда человек что-то делает с душой, то это видно. В тот год я жила этой командой, она была для меня всем! Я думаю, что он увидел мое отношение и начал поддерживать меня, а я со своей стороны старалась закрывать все моменты. У нас никогда не было конфликтов, просто месяц или два, чтобы притереться.

– Твой самый большой косяк за время работы менеджером?

– Был один момент, и я из-за него до сих пор переживаю. «Финал четырех» Москвы в МГУ, и в моей картине мира было очевидным, что если финал у нас, то мы хозяева. И я сделала всем рассылку, что мы в белой. И вот все парни пришли в белой форме, а мы стояли как гости… В итоге обе команды разминались в белой форме, мы бежим в подвал, там есть какая-то старая синяя форма… Просто чтобы ребята хоть в чем-то сыграли и нам не поставили «технарь». Мне до сих пор неловко за это, я очень переживала, и теперь всегда акцентирую внимание, кто хозяин, а кто гость, это уже профессиональная деформация. (смеется)

История про паспорт Оганеса очень известная, но это не совсем моя вина, и мы до сих пор смеемся. Ну и еще всякие мелочи были, ничего серьезного. 

– А что было самым сложным?

– МГУ – это бюрократическое исчадие ада. (смеется) Ты неделю собираешь документы, чтобы отправить команду, потом еще неделю закрываешь. Это не то чтобы сложно, но на это уходило очень много времени. Но это работа, без этого никак. Просто самая нелюбимая часть работы.

– Лига Белова 2015, первая поездка…

– Слушай, это было очень прикольно, это отдельная любовь. До этого же было две команды, два полноценных состава. И команда МГУ жила как две отдельные команды. Ну и составы собирались по-разному, потому что у ребят бешеная игровая нагрузка была. И тут мы едем командой на Лигу Белова в Волгоград, первая игра была с Астраханью. И тогда у нас сформировалась одна команда, и там по всем шел этот холодок «без права на ошибку». И мы едем в Волгоград играть с командой, про которую мало что знаем, у нее нет видео и она выносит в своем дивизионе всех «+70». А у нас тогда и «Топ 10» ни шатко ни валко прошел, мы в призы не попали, Москву тоже не выиграли… Много притирок было, непонятная обстановка. И тут мы едем в Волгоград, и вся команда преображается! Становится единым целом! И еще место такое – Волгоград, Мамаев курган, плюс весна… Мы первую игру выиграли очков 60, вторую очков 40. И когда мы летели обратно, я чувствовала, что команда, с которой я ехала туда, и команда, с которой возвращаюсь, – две разные команды.

– А помнишь игру с ВГСХА?

– Я тогда летела не с командой, была в Орле на обучении менеджеров, и был тот случай, когда я приезжала на Курский, а через 15 минут поезд в Казань с Казанского вокзала. Я никогда так не бегала! А с ВГСХА… Нам же ту «трешку» забили уже в конце, мы не фолили, было «+4». Конечно, игра нервная была, и следующая стадия, и мандраж. Но я помню этот момент – я залетаю в зал КАИ с чемоданом, команда на разминке, и вся команда по очереди подбегает ко мне, кто обнимает, кто пятюни дает… Было офигенно!

Но там другой день был очень важным! Мы играли с КАИ, и к нам впервые болельщики на выезд приехали! 10-12 человек вроде, мои чудесные геологи, у меня даже хештег такой был, и это было большим сюрпризом для команды. Геологи после той поездки ходили на много игр в Москве и не только. Им было реально в кайф. И вот тогда они ехали сюрпризом, мы держим кулачки на игре с ВГСХА, потом я их встречаю на вокзале с Суреном Арменовичем, начинаю водить по городу. Тогда была идея, она, правда, не очень зашла – мы поснимали болельщиков на мою не очень хорошую «гоупроху» (смеется), они записали слова поддержки команде.

И вот мы приезжаем в КАИ, и начинается какая-то спецоперация. Я вижу, что команда уже приехала, говорю болельщикам разойтись, чтобы на нас внимание не обратили, потом парни идут в раздевалку, я провожу ребят в зал, а они еще все в мерче МГУ, в толстовках. И вот сидят на первых двух рядах прямо за нашей скамейкой, команда выбегает на разминку, ребята встают и начинают кричать «МГУ». Парни обернулись с лицами, на которых было написано «Что происходит?». Мне потом ребята рассказывали, что сначала они подумали, будто мы с Суреном Арменовичем привезли толстовки из Москвы и заплатили людям в Казани. (смеется) Мы тогда играли с казанской командой, и наши ребята, 12 человек, перекричали весь зал! Они так поддерживали, так болели! А тогда Казань была в статусе чемпиона дивизиона «Топ 10», мы им проигрывали в «регулярке». А тут мы собрали топ-состав: и Виталик Кузнецов, и Денис Волконский, и Леха Дороднов. В общем, топ-бригада собралась. Там разница была очков семь что ли, были нервные моменты, игра на эмоциях бешеных просто. И мы тогда еще были первые, кто вышел в Суперфинал. Это был крутой момент. И мы тогда еще не знали, что Суперфинал будет в МГУ.

– Когда ты узнала про это?

– Недели за две или три до Суперфинала. Было суперуютно, суперлампово! Яблоку негде было упасть. И еще в какой-то момент к концу сезона у меня было меньше задач, и я еще думала, что я буду делать-то. И приходит Сурен Арменович и говорит, что Суперфинал у нас. И тут я поняла, что вот и мое занятие подъехало.

– Как ты жила эти две недели?

– Две недели бешеные были! У меня тогда еще госы были, и поэтому сессия раньше, и я бегала и экзамены сдавала между подготовкой. Сессия и Суперфинал. Я еще помню, там Дима Матеранский участвовал в организации, и мне дают телефон, чтобы позвонить, а для меня это был человек из телевизора. (смеется) Мне говорят: «Оль, позвони Диме», а я сижу, теряюсь, как его называть, какое отчество, как школьница. Много всего было. Мы по факту не были организаторами, но все, что касалось МГУ – наша зона ответственности. Замеры, списки, проход, все показать, все объяснить… Я разрывалась между ГЗ, физфаком и Шуваловским. Я еще помню, как иду, только что экзамен сдала, по дороге встречаю машину АСБ, там что-то выгружают из багажника. Это было жестко, но такой драйв! Это опять же про отношение с душой. Я могла сказать, что вот вам зал, вот тут склад, вот тут сходите, там наклейте. Но нет, мы ползаем, клеим наклейки, помогаем с рассадкой, все ищем…

– Опиши свои воспоминания о финальной игре.

– Оооох… Сначала я была с командой, я была в заявке и могла присутствовать на скамейке. Но я боялась, что могу повлиять на ребят своими эмоциями, ну и «технарь» боялась получить. Я вообще не могла себя сдерживать. После приветствия дала всем пять, постояла в начале минут пять и ушла к болельщикам. Я тогда не боялась, что людей не будет, но хотела, чтобы именно болели за МГУ, и в ночь перед финалом сидела и писала «ВКонтакте» всем знакомым, кто хоть как-то в теме спорта и МГУ, детям писала, у которых вожатила в летней школе… Самый главный барабанщик оттуда был.

Ребята из регби-клуба приходили, потом мы же тогда были под эгидой «Динамо», и как-то на нас вышли болельщики «Динамо» в МГУ. Вся женская команда пришла в тот день, мы сидели в майках игроков, были мои любимые геологи всей оравой… Я хотела создать эту атмосферу, и я была в толпе обезумевших в хорошем смысле людей! И тот блокшот Паши Новикова Мише Старцеву за несколько секунд до сирены… Я на следующий день проснулась без голоса. Я не могла говорить, и это не для красного словца, а реально так. У меня пропал голос, я отдала всю себя в тот день.

– И потом вы поехали в Словению на чемпионат Европы…

– В Словении было офигенно! Я тогда сдала ГОСы, и в ночь мы улетали. А перед ГОСами я делаю командировочные, списываюсь с АСБ, все изучаю, все это в первый раз, и я переживала. И параллельно готовлюсь. И это волшебное чувство свободы, когда ты сдал ГОС, мы пошли в кафе около метро, посидели, дальше весь курс собрался у фонтанов, а я пошла вещи собирать. В Словении было прикольно, потому что это был именно чемпионат Европы по баскетболу, а не Европейские игры. И с точки зрения организации все было на крутом уровне – выделенный отель, проживание, питание… Минусом было только то, что в конце июня было жарко, играть в баскетбол при такой погоде непросто. Перед нами не стояла цель выиграть турнир, мы должны были выступить достойно, все понимали, что мы заслужили эту поездку. И было много свободного времени, мы по городу гуляли, Копер очень красивый, хоть и небольшой. Игры были почти каждый день, один выходной перед плей-офф. Мы проиграли по факту одну игру, но это был четвертьфинал, и мы сразу из гонки вылетели.

Еще когда у нас был выходной, мы взяли велики и поехали по побережью. Там трип был часов на семь. Минусом стало то, что мы немного обгорели, а ребятам еще играть. (смеется) Еще там ребята из ГУТиДа были, и это было какое-то братство, мы ходили на их игры, они на наши, поддерживали. Это было настоящее комьюнити, когда мы вышли за пределы страны и все уже поддерживаем друг друга.

– Твой топ-3 моментов, не считая Суперфинала?

– Ну и что ты у меня козырь-то забрала? (смеется) Ну, давай тогда чемпионат Европы, было круто. По эмоциям… Орел-2016, игра с БГАУ в Лиге Белова за выход в Суперфинал. Команда тогда была достаточно разобрана, много кто ушел, Оганес травмировался. И я считаю, что тот выход в Суперфинал, хоть мы и очень много проиграли в полуфинале ГУТиДу, очень важный. Ведь сейчас все говорят, что МГУ – постоянный участник Суперфиналов, но в тот год нас ведь никто и не выводил в Суперфинал, и мы добыли эту путевку в Орле, разница была всего четыре очка.

Еще Казань. Суперфинал – это да, но когда ты добываешь эту путевку, в первой Лиге Белова… И еще поездка в Волгоград, как я уже говорила, команда вернулась совсем другая. А, мы еще тогда 3х3 выиграли! Но топ, наверное, все равно не поменяется.

– Тебе было сложно уйти из команды?

– Уйти было сложно. Но я считаю, что каждый человек должен искать развитие. Я не могла всю жизнь этим заниматься. На тот момент я не видела себя нигде вне баскетбола, и АСБ мне казалась логичной ступенью моего развития. Это лига, это другой уровень. Плюс, конечно, финансовые моменты появились. Но я бы оставалась максимум на сезон, потому что тогда начиналась Студлига ВТБ. Но, пообщавшись с Сергеем Владимировичем Крюковым, я вышла из кабинета, все понимая.

– Самое главное, что дали тебе два года в качестве менеджера МГУ?

– Люди – слишком банальный ответ? Ну а еще, наверное, я еще раз поняла золотое правило: нормально делай – нормально будет. Я ни к чему не относилась спустя рукава, и это дало плоды. Я же ребятам тогда на Новый год, когда наступал 2016-й, дарила магнитики с фоткой после победы. А тем, кто первый сезон играл, пожелала, чтобы на следующий год у них тоже появились такие. И я ребятам дарила распечатанные фотки, и Леша Дороднов как-то присылает их и говорит, мол, до сих пор душу греют. Я ко всему с душой относилась, и эта эмпатия до сих пор ко мне возвращается. Плюс было очень много функционала, и я научилась распределять свои задачи так, чтобы нигде не было жестких провалов, акцентировать внимание на каждом аспекте, за который ответственна. Это просто человеческое качество на всю жизнь, я его тогда приобрела. И это дает плоды до сих пор. И я очень много поездила по России благодаря МГУ и АСБ. Ну и люди. Потому что я очень люблю этих ребят, люблю возвращаться в Шуваловский на игры. Там уже осталось-то всего 3-4 человека, с которыми я работала, но все остальные все равно узнают. Я с Перовым никогда не работала, например, но он проходит и понимает, кто я. И я надеюсь, что им радостно меня видеть.

– Для тебя это легендарная команда?

– Конечно легендарная! Более легендарная, чем состав 2018-го, хотя я тоже тогда болела за парней. В 2015-м же все на этапе становления было, первая Лига Белова… Потом как-то воспринималось как должное, а тут… Если бы МГАФК выиграл, это бы все равно запомнилось, потому что начиналось. Когда я пришла на первую игру МСБЛ, я с первой игры влюбилась. Это не эмоции игроков профи, это эмоции живых людей! И для меня это была перезагрузка в баскете.

Я помню, как жалела, что мне выпускаться через год, а я только узнала про них! И мне было так обидно, что в нашем университете про команду ничего не знают, хотя она играет на таком уровне, 20 классных парней! И я очень хотела, чтобы о ней узнали.

У меня было две цели по сути – чтобы команда играла в баскетбол в комфортных условиях и чтобы про нее узнало как можно больше людей. И мне хочется верить, что и нынешние менеджеры живут по этой же философии. И для меня за те пять лет, что я в баскетболе, это самая легендарная команда.

Беседовала Татьяна Кузьмичева

Просмотров: 348

КОММЕНТАРИИ

Ответ для . Отмена

Только авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Пожалуйста, авторизуйтесь на сайте

Партнеры АСБ